«Пора прорубать окно в Европу!»

Айгуль Бабаева принадлежит к элите отечественной эстрады – гранд-дам казахстанской поп-сцены можно на пальцах одной руки пересчитать. Ее дебютный альбом «Оралу» записывался в Лондоне. В него вошли исполненные Бабаевой народные и песни казахских классиков – Абая, Ахмета Жубанова, Нургисы Тлендиева. Для записи певица привезла с собой в Британию мастеров звука – Едиля Кусаинова, Рината Гайсина, Рустема Нуржигитова. Вместе с ними работали специалисты, сотрудничавшие со Стингом и Полом Маккартни. Результат будет доступен в начале декабря.

Вы записали, конечно, нетленную классику, и записали отлично – качество звука впечатляет. Но будет ли это интересно нашим читателям?

Будет, конечно. Потому что моя 20-летняя дочь, которая слушала этот альбом вместе с друзьями, заявила, что гордится мной. А дети сейчас умные. Им я доверяю.

Что именно ее зацепило-то?

Она этих песен раньше не слышала. А ведь это и правда, классика. Просто те времена, когда родители собирались за столом дома и пели эти песни, к сожалению, уходят куда-то… Помню, мы детьми бегали, таскали конфеты со стола, и автоматически, неосознанно впитывали эти песни. А сейчас все изменилось – люди ходят в рестораны и только кушают-выпивают. То есть эта музыка, которая нашему поколению была доступна «на дому», может исчезнуть. Мне кажется, этот диск должен в каждой семье лежать просто для архива, чтобы они, если захочется спеть, хотя бы могли мелодию правильно пропеть.

Неужели у вас другого материала не нашлось?

Эта была моя давняя мечта, спеть эти песни. И вот она сбылась. Хотя, казалось бы, что мне мешало ее раньше осуществить? Я всегда пела с хорошими коллективами, исполняла джаз, потом уехала в Москву, там пела рок… Но это желание всегда во мне сидело. И папа мой мечтал, чтобы я спела на казахском, и мама… Но сначала хотелось свое творчество показать, свои песни. И уже постепенно я созрела, чтобы взять эту планку. И это надо было сделать очень осторожно, чтобы не испортить ничего, очень аккуратно. Спеть… по-европейски, что ли. Смягчить язык, убрать сильный акцент, избавить от сильных специфических звуков…

Говорят, иностранным звукоинженерам и саунд-продюсерам сложно с их чуждой ментальностью понимать нашу музыку. Вы с этим столкнулись?

Это было на самом деле удивительно. Перед моим приездом была отправлена демо-запись, и звукоинженеров предупредили, что приедет певица, которая может работать во всех жанрах – и рок, и джаз, и просто эстрада. И когда я приехала на первые репетиции, я была очень удивлена тем, что меня ждало: камня на камне ни от одной песни не оставили! Там был такой махровый джаз, все звучало, как Нью-Орлеан какой-то! Я сказала своей команде, что мы с такой музыкой пролетим. Нашим казахам такая музыка не привычна, они такую не слушают, а американцам она тоже даром не нужна – потому что у них покруче есть музыканты. Это был для меня шок, я даже вещи собрала и решила уезжать. Но Ринат (Гайсин, музыкальный продюсер альбома. – Прим.ТО.) и Миша (Михаил Романюк, муж Бабаевой и продюсер альбома. – Прим.ТО) англичанам объяснили: поскольку они все музыканты высокопрофессиональные, то эту музыку нужно писать очень бережно, чтобы ничего не нарушить, поддержать ее, дать дыхание песням. Осовременить музыку – чтобы не стыдно было приобщить к ней европейского слушателя. И сделать при этом не замшелый фолк, который будет стоять в музыкальном магазине где-то в далекой секции с этномузыкой, где к ней подойдут или не подойдут – еще большой вопрос. А записать музыку, которая будет доступна и интересна широкому слушателю. Продаются же за рубежом диски китайских или тайских музыкантов? Пора уже и нам пробить окно в Европу!

И вот когда мы дали музыку английским друзьям, они сразу же очумели от наших народных инструментов. Тут же бросились к своим компьютерам, начали рыться в Интернете – искать, что это за инструменты такие. Второй шок у них был от мелодики – почти все песни надо было играть в три четверти, а это очень сложно. Но справились – в этом и заключается их профессионализм. В итоге они втянулись и с огромным интересом писали эти треки. Для них, собаку съевших на джазе и прочем, эта работа была новым вызовом – и они с удовольствием его приняли. Мало того, и лондонские музыканты, и Майк которого мы выписали из Америки, все выразили огромное желание приехать на презентацию альбома в Казахстан, чтобы сыграть эту музыку. Чтобы она не осталась только на диске.

Кто спонсировал запись?

Это личная инициатива моего супруга и его инвестиции. Да он сам музыкант. Он принимал и творческое участие в записи: часть треков продюсировал он, часть Гайсин. Причем иногда между ними возникали даже бурные споры насчет того, как должна звучать та или иная песня…

Хм, так сложно записать песню?

Ну, вот, например, «Ахау керiм» – она вообще должна была вылететь с диска. Она идет в джаз-вальсе, а весь остальной материал на пластинке – лаунж. И тут эта песня – она гремит, она портит мне весь диск. А ставишь ее на гитаре: она звучит – прямо уши ласкает. А на записи играешь ее – выносит мозг, вся рвется… Мы все изнервничались. И потом Митч (Митч Далтон, электро-гитара, акустика – Прим. ТО.) сообразил: взял еще двенадцатиструнную гитару и сыграл поверх песни. И она закачалась, поплыла, как лодочка…