«Народу не нужны грузящие песни»

Где вы записывали альбом, Алуа?
А.К.: Мы писались в разных студиях — у «Дервишей», у Александра Шевченко.

Э.Т.: Мы на этих студиях работали лет сто назад. После того, как поработаешь в Москве, здесь записываться уже нет желания. Я советую Алуа выбранную с альбома песню для клипа записать в Москве, чтобы было хорошее качество звука. Вот увидишь, эта песня потом себя отработает на сто процентов.

А. К.: Я об этом думала, но планировала поехать в Москву не на запись, а уже на сведение записанного материала. Сомневаюсь, правда, насколько россияне с их менталитетом смогут в правильном формате свести казахскоязычную песню.

Э.Т.: Композицию «Пах-пах» Айкына мы сводили в Москве, и проблем не возникло. Тебе нравится песня?

А.К.: Да, она не грузящая, заводная – то, что сейчас нужно нашему народу. Главное, она не похожа на то, что на 90% делает казахстанская, в частности казахскоязычная эстрада — слезливые композиции с клипами, где в конце обязательно кто-то умирает. Наверное, это издержки нашей ментальности.

Э.Т.: Да, мы к выбору песни для клипа подходим серьезно. Раньше мы решали на какую песню снимать видео так: «Нравится композиция, давай снимать». Сейчас такого нет, так как на запись и на съемки тратятся огромные деньги. Поэтому мы песню сначала тестируем — закидываем на российские и казахстанский сайты и смотрим на количество скачивания, а потом голосуем всей командой. Не всегда, правда, мнение совпадает. Иван (Бреусов. – Прим. Time Out), например, выберет композицию и ему кажется она самой лучшей. Но он музыкант, а не менеджер, и то, что кажется ему творчески безупречным, может не получить отклика у его публики.

А.К.: У Эрика правильная стратегия в плане менеджмента, но если говорить о рейтинге скачивания, то я тут не соглашусь. Я поняла, что люди, которые любит своего кумира, будут скачивать и отдавать голоса за любую песню. Так что поклонниками я доверять не могу. Недавно я выложила в интернет песню, в которой сомневалась. Она была прослушана 15 000 раз, и все комментарии были исключительно положительными, а это настораживает.
Так что тут не угадаешь. Мы, наверное, решения касательно съемки клипов принимаем все-таки сердцем. Я из своих ребят пытаюсь взрастить творческих людей, а не марионеток. Думать о коммерческой стороне дела тоже приходится, но здесь я полагаюсь лишь на свое чутье.

Подводило?
А.К.: Тьфу-тьфу-тьфу, пока нет. Правда, я переживаю за следующую композицию, потому что именно сейчас нам нельзя ошибиться. После очередной смены состава у нас два пути, либо мы упадем и не поднимемся, либо взлетим.
У Алмаза контракт закончился в мае, и мы знали, что нам придется с ним расстаться, так как у него были вполне нормальные для молодого человека амбиции – уйти в бизнес и зарабатывать большие деньги. Но смена состава — это всегда нелегко. Особенно тяжело мне дался уход первого участника, пришлось его уволить, хотя его все любили душой и сердцем. Не все выдерживают испытания славой и деньгами — всегда найдутся люди, готовые сбить с толку других и найдутся те, кому не хватит ума не прислушиваться к посторонним людям.

Эрик, вы ведь тоже это пережили. От вас артисты по-плохому уходили или мирно расставались?
Э.Т.: Ербол из «101» за год до ухода предупредил о том, что ему придется продолжать дело отца. Пригласив нас к себе, отец поблагодарил нас за то, что не испортили сына, а я – за мудрость. За то, что не запрещал сыну заниматься музыкой и позволил самостоятельно принять решение. Ербол до сих пор наш друг и даже представляет интересы артистов в Астане.

А почему вам так не везет, Алуа?
А.К.: Я тоже недавно спрашивала Эрика, почему так происходит. Это я такая или исполнители такие? Сошлись на том, что это все-таки в артистах дело.

Э.К.: Мне кажется, это просто судьба. Мне просто повезло с моими ребятами, а в общем-то такие ситуации типичны для шоу-бизнеса. Как-то мы смотрели фильм про покойного продюсера Айзеншписа, и я узнал в нем себя. Узнал в себя в том, как он выходил в зал во время выступления Билана и смотрел на реакцию публики, следил за всем. Отдавая себя своему артисту, он оставался одинок. Также, как детям нравится, когда папа с ними играет, а в 20 лет им с нами уже скучновато. Артист вырастает, у него появляется своя жизнь вне работы, и ты становишься чуть-чуть одиноким.

А.К.: Может, я просто перебарщиваю со своей любовью к ребятам. Моя мама всегда мне говорит: «Думай прежде всего о себе, они вырастут, они уйдут, а ты останешься ни с чем».

Э.Т.: Видите ли, Алуа с первого дня начала баловать «Ринго». А «101» меня первые года два побаивались, потом поняли и стали доверять.

Ну, не даром, Эрик, вас все зовут Боссом, а Алуа ее подопечные называют Мамочкой. Может, не стоит так приближать артистов — они ведь все-таки ваши подчиненные?
А.К.: Нет, для меня будет дико, если меня ребята по имени будет называть. Я могу всю душу вкладывать в своих артистов, если только сроднюсь с ними душевно.

О группе RinGo
Молодой поп-коллектив зимой отпразднует 3 года существования. В оригинальный состав входили Батыр Байназаров, Данияр Отеген, Алдан Дусмагамбетов и Алмаз Жумаханов. Сейчас Алдана и Алмаза сменили Аян Бирбаев и Адильжан Умаров. Название группы в переводе с японского языка – «Яблоко» – очевидная аллюзия на южную столицу Казахстана.
Самым успешным пока для группы был 2007 год, когда RinGo приняли участие в Международном конкурсе «Новая волна» в г. Юрмала. Там ребята заняли 4 место и получили приз зрительских симпатий, а также специальный приз от Аллы Пугачевой в размере 50 000 долларов. В прошлом году группа приняла участие во всемирном конкурсе World Star Quest в Малайзии, где стали
обладателями премии Best Performance Awаrd.

О премии
Первая музыкальная премия телеканала Muzzone призвана «морально поддержать» казахстанских артистов, которых глобальный экономический кризис лишил большей части заказов. Итоги будут подведены на большом концерте, который пройдет во Дворце Республики 17 декабря.
В жюри вошли певцы и музыканты: Батырхан Шукенов, Мурат Кусаинов, Кайрат Кульбаев, Ринат Гайсин, Кадырали Болманов, Нурлан Абдуллин, клипмейкер Аскар Узабаев, примы нашей эстрады Роза Рымбаева и Нагима Ескалиева, композитор Адиль Жамбакиев. Среди судей также и представители масс медиа – глава медиа-холдинга «Нур-Медиа» Арманжан Байтасов, главный редактор журнала «Time Out Алматы» Мади Мамбетов, генеральный директор «Радио NS» и многие другие.