Начеку Данил Сигизмунд

Алма-Вегас — это единственный мегаполис Казахстана; наша Москва — только более гостеприимная. Неважно, что Алматы больше не столица. Меня интересует нынешний день города, именно в 2008 году, именно тогда, когда я сюда приехал.
Еще совсем не знающий южную столицу, я не сравнивал «Каганат» и Sushi bar, клуб New Island и «Рай», «Адем» и MEGA. На мир смотрел сквозь розовые очки и не представлял, что где-то идет закрытая вечеринка и на нее приглашены Ciara и Lil John. Так начинались мои первые дни в Алматы. Все мои понты тогда ограничивались завтраком в какой-нибудь забегаловке, обедом в «Каганате», ну и ужином в пресловутой народной «узбечке». Одевшись в тряпки псевдобрендов на барахолке, я ощущал себя этаким денди, выгодно отличающимся дешевыми вещичками. Ездил в общественном транспорте, оплачивая проезд через валидаторы. Не стеснялся. Смело держался за грязные поручни, толкался с пассажирами, вдыхая различные запахи. Ездить было интересно по Фурманова. Манящие чудеса сразу за окнами автобуса: Французский Дом, Дом приемов, «Рамстор», элитные близнецы от Mercury Towers и т.д.
С девушками я знакомился в парке Казгуграда. В общем, все ништяк: если с ними прогуляться по тому же Silk Way и сводить их в кино, то секс на 70% обеспечен. Здесь таких девушек принято называть «честные давалки».
Так я жил недельки две. Пока не посетил lounge бар Cinzano. Не доезжая погранучилища, я увидел витражи и кокетливо улыбающихся глянцевых куколок. Все внимание этой аудитории направлено на главный мужской аксессуар, который по праву является продолжением твоего мужского достоинства: их интересовала тачка, на которой я приехал. Товарищ комментирует: «Они интересуются только твоим положением в обществе. Так что телки здесь ’’пластмассовые’’», — я оглянулся и увидел автопарк ярких иномарок. Откуда мне было знать, кто такие мажоры, что эти машины принадлежат им? Только после разговора с товарищем начал понимать, что такое Cinzano… Здесь собираются небожители. Ребята здесь все припонтовые. У них взлохмаченные в разные стороны волосы или зализанные гелем — обычно такое удовольствие стоит не менее 5000 тенге. Одеты они обычно как манекены из глянцевых журналов, где красуются бренды в стиле casual glamur. Они не признают барахолку. Они призваны скупать модные шмотки в элитных бутиках южной столицы. И вовсе не обязательно родиться и вырасти в Алматы, чтобы следовать этому призванию: нужно просто быть «денежным» и обогатить лексикон алматинским сленгом. Небожители любят стильных и денежных — себе подобных, подтягивая их в свою среду. Но вот простых «понаехавших» из регионов людей они на дух не переносят — снобизм душит. Особенно снобизмом страдают те, кто учился за границей, и знают, как встречали их в Москве, Лондоне, Нью-Йорке и т.д. Научились жить на западный манер и пытаются жить этими понтами у себя на родине. Это их дело. Но именно эти представители золотой молодежи задели мое самолюбие. Я вот тоже, как они, хочу свободно и вальяжно прогуливаться по «Меге» или «Раму», где каждый продавец вскакивал бы, завидев меня, зная, что я легко палю свое бабло, причем по полной программе.
И я подумал о том, что родители подвели меня. Какого хрена мои родители честно вкалывали с утра до вечера, когда все брали?! Я бы жил в «Самале» или где-нибудь в престижном районе выше Аль-Фараби. Мамкина кредитная карточка украшала бы мои джинсы от Roberto Cavalli, в придачу какой-нибудь джип за то, что я сдал зачет в институте. Всякие французские ароматы. И пара тачек еще под окнами. И высокий рейтинг среди завсегдатаев пафосных и гламурных party. В кентах — пара диджеев, постоянных резидентов элитных и мажорных клубов в стиле Fashion bar. Ну и частые звонки кореша и великого вождя ночной жизни Нура Махамбетова с приглашениями на интервью в эфире Energy…