Центурион (Centurion)

Ольга Куриленко отважно молчит в трэш-пеплуме Нила Маршалла.

Не успел римский солдат Квинтус Диас (Майкл Фассбендер) cбежать из кельтского плена и встать в ряды Двенадцатого легиона, марширующего на север Британии, как коварные пикты вновь устроили захватчикам сцену из стихотворения «Вересковый мед». Выбравшись из-под горы мертвых тел, неуязвимый Квинтус и несколько его однополчан cперва пытаются вызволить из неволи своего генерала, а потерпев фиаско, бегут еще дальше от фронтира. Где-то там, в шотландских предгорьях, должен одиноко стоять самый северный из римских гарнизонов. За беглецами шумною толпой скачут пикты. Ведет варваров немая воительница (Ольга Куриленко).

Выходящий всего через два года после «Судного дня» (обычно производственный цикл у Нила Маршалла занимает от трех до пяти лет), «Центурион» полон все той же нежной режиссерской любви к цитатам и чумазым красавицам. Правда, цитирует Маршалл в основном cамого себя — зато с эстетикой грайндхауса тут полный порядок: когда режиссер соединяет в одном кадре поверженные имперские символы, пламя, Венеру в мехах и конструктивистские ракурсы, понимаешь, что, будь этот человек гибче и амбициозней, англичане имели бы своего Тимура Бекмамбетова. Что касается смыслов, то «Центурион» напрочь от них очищен, это такой медицинский дистиллят кровавого экшена — допрошенная корреспондентом Time Out Ольга Куриленко так и не смогла сказать, о чем фильм. Но природа не терпит пустоты, и требующий логики мозг лихорадочно хватается за что угодно, например, за потрясающее портретное сходство актера Фассбендера c Евгением Цыгановым. Цыганов, Куриленко, казацкие усы главного пикта, волки, елки, снова волки…Таким, наверное, должен быть идеальный «Волкодав».

TimeOut Москва
19 июля 2010