Начало (Inception)

Леонардо ДиКаприо перепрыгивает из одного сна в другой во влажном летнем блокбастере Кристофера Нолана, который не стоит принимать за откровение.

Серьезный, слегка всклокоченный мужчина Кобб (Леонардо ДиКаприо) зарабатывает на жизнь, похищая сокровенное из памяти важных людей. Кража осуществляется во сне. C помощью специального чемоданчика Кобб подключается к спящему объекту, встречается с ним в реальности сновидения и вскрывает воображаемый сейф, куда жертва рефлекторно запихнула все свои тайны. Жизнь Кобба тяжела — удрав из Штатов, он бродягой скитается по свету, cкучает по сыну c дочерью и каждый раз видит во сне покойную жену, злобную и опасную суку-предательницу (Марион Котийяр). Есть только один шанс вновь обнять детишек, которые подозрительно не растут — выполнить адской сложности работу для одного японского господина (Кен Ватанабе): внушить растерянному наследнику энергетической империи Роберту Фишеру (Киллиан Мерфи) желание развалить все, что создал его отец.

Есть много людей, возлагающих на новый фильм Кристофера Нолана чуть ли не мессианские надежды. Оснований для подобных ожиданий предостаточно — это и репутация Нолана как автора, которому киноcтудии после двух последних «Бэтменов» позволяет делать что угодно, и интригующие ключевые слова сценария: человек и его подсознание, идеи как вирус, взаимозаменяемость сна и реальности, Леонардо ДиКаприо минус Мартин Скорсезе, «фильм нуар» плюс сайенс-фикшн. В реальности кинозала дела же обстоят совсем по-другому. «Начало» — не новая «Матрица», Нолан — не Кубрик и не Орсон Уэллс, и его героям снится нормальный летний блокбастер с погонями (финальная неожиданно происходит на заснеженном альпийском склоне) и спецэффектами (самый крутой — отключение гравитации, когда персонажам наконец-то выпадает возможность полетать во сне; правда, делают они это с видимым неудовольствием). Но все это — к лучшему: периодически всплывающая из глубин бессознательного Котийяр обнаруживает поразительное сходство с героиней Рэйчел Уайз из печально известного фильма Даррена Аронофски про древо жизни (как известно, сперва его должен был снимать Нолан); очевидно, что дай режиссер волю своему внутреннему автору, у него-таки получился бы «Фонтан». В фильме и так очень много воды.

Судить «Начало» по законам оригинального, хоть и немудреного экшена, вообще гуманней, чем лезть к нему с фрейдистским сонником в одной руке и альбомом сюрреалистов в другой. Для режиссера c претензиями на интеллектуальное визионерство Нолан удивительно ленив, логичен и предсказуем. Когда главный сценарный трюк оказывается изящно позаимствованным из «Бегущего по лезвию» (место оригами тут занял волчок), это можно оправдать стандартами голливудской манеры рассказывать истории. Когда Леонардо ДиКаприо снова появляется здесь в роли человека опасной профессии с ментальными проблемами и пошатнувшимся чувcтвом реальности (да-да, и погибшей женой в анамнезе), это можно списать на особенности жанра — в конце концов, ведь Лео в последнее время и мыслит себя вспотевшей звездой нуаров. Но не прогуглить, что означает по Фрейду сон про спуск с горы — это, конечно, самоубийственная оплошность для автора боевика, в котором слово «бессознательное» выкрикивают в десять раз чаще, чем «Я задержу их!».

Василий
TimeOut Москва
16 июля 2010